?

Log in

Previous Entry

Оригинал взят у fon_eichwald в Международный конгресс в четырнадцатом веке
Вот картина, вероятно, погибшая под немецкими бомбами в сентябре 1939-го:

obrazek9

Шестидесятые годы четырнадцатого столетия. Богатый краковский мещанин Николай Вержинек принимает высоких гостей, которые в эту минуту поднимаются по лестнице ко входу в его дом. Хлебосольный хозяин в центре. Во главе входящих - король Кипрский Пьер де Лузиньян в восточной одежде (мы знаем, что он был изображён в красном). Далее - Елизавета Поморская, только что ставшая императрицей (в бело-золотом платье); её ведёт за руку кузен, король Венгрии Лайош Великий (в зелёном). После пажей, несущих шлейф платья благородной дамы, шагают король Дании Вальдемар Четвёртый Аттердаг (в шлеме с плюмажем), король Чехии и император Германии Карл Четвёртый и король Польши Казимир Третий.

Источники сообщают, что столько могущественных людей (а там были ещё и князья - Бранденбурга, Австрии, Силезии, Поморья) собралось в Кракове, чтобы отпраздновать женитьбу императора и обсудить вероятность нового крестового похода. Но тут сразу приходится делать уточнение: Карл Четвёртый женился на поморской княжне в 1363 году, а Пьер Кипрский, ключевая фигура в теме "паломничества", мог оказаться в Кракове только в 1364-м. Вероятно, восторженные наблюдатели соединили в своих воспоминаниях два события в одно, чтобы получилось нечто особенно эффектное.

А начиналось всё с отбытия короля Кипрского в Европу за помощью против его мусульманских соседей. Есть мнение, что в своей восточной политике кипрские короли достаточно рано перешли от отстаивания интересов христианской веры к защите торговых интересов своих подданных. Не отвоевать Святую землю они хотели, а уничтожить конкурентов, чтобы не через Александрию, а через Фамагусту шла средиземноморская торговля. Сейчас это называется, если не ошибаюсь, "оседлать финансовые потоки". Но для христианских князей употреблялась прежняя риторика: "Гроб Господень в руках иноверцев, хорошо бы его отвоевать". И в Европе 14-го века этот тезис пользовался относительным успехом.

Пьер Первый Кипрский:

640px-Pierre_1er_de_Lusignan

Сначала король Пьер посетил Родос, владение рыцарей-госпитальеров (1362 год). В декабре он был уже в Венеции; в марте 1363-го - в Авиньоне, где получил аудиенцию у папы римского и встретился с королём Франции Иоанном Дорым. Затем Пьер посетил Фландрию, Брабант и немецкие княжества на Нижнем Рейне, чтобы в августе оказаться в Париже. Столетняя война приостановилась за три года до того, предварительно разорив половину страны. Поразительно, но Иоанн Добрый, недавно потерявший весь юго-запад и теперь обязанный выплачивать громадную контрибуцию (в обеспечение этого долга в Лондоне жили знатные заложники во главе с одним из королевских сыновей), изъявил желание "принять крест", как тогда говорили. Правда, дальше события развивались непредсказуемым образом: принц-заложник сбежал, король Иоанн счёл своим долгом явиться в Лондон лично, чтобы занять место сына, а там вскоре умер.  Его наследник был бОльшим реалистом и никаких планов, связанных с Востоком, не имел.

Король Пьер посетил и Лондон (видимо, приехал туда вместе с королём Иоанном). Эдуард Третий принял его соответственно его рангу и осыпал подарками, среди которых был корабль, но не пообещал ничего конкретного. Потом были посещение Аквитании (и, вероятно, встреча с Чёрным принцем), присутствие при погребении французского короля и коронации его сына, и уже в 1364 году Пьер Кипрский проехал через Германию до Праги, а оттуда вместе с Карлом Четвёртым отправился в Польшу; Вроцлав - Ополе - Краков.

Таким образом, Лузиньян был где-то во Франции во время сыгранной в Кракове свадьбы. Но и без него сборище было очень представительным. На то имелись причины. В предшествующие годы обострилось ставшее традиционным противостояние между двумя германскими династиями - Люксембургами и Габсбургами. Рудольф Габсбург, разочарованный из-за того, что Золотая булла не включила его в число князей, могущих выбирать императора, рассчитывал стать наследником Карла Четвёртого в Чехии как муж старшей из его дочерей. Но у Карла начали рождаться сыновья, к тому же он не поддержал зятя в его претензиях на земли Аквилейского патриархата. Тот начал искать союзников - и преуспел в этом.

Ян Длугош рассказывает, что, когда венгерское посольство прибыло к Карлу Четвёртому, чтобы решить возникшие в приграничье проблемы, император неожиданно вспылил и обозвал королеву Венгерскую "бесстыдницей". Это не легенда: это оскорбление упоминается как причина вражды в венгерско-польском соглашении 1364 года. Лайош Великий, сын оскорблённой дамы, заключил союз с Габсбургами; то же самое сделал Казимир Третий, её брат и дядя Лайоша. Но польский король имел и более веские причины: Люксембурги были традиционными союзниками Ордена, а богатые земли Силезии были в течение всего 14-го века сферой конкуренции между польской и чешской коронами.

Эльжбета Польская с детьми:

Elżbieta_Łokietkówna_z_dziećmi

К антилюксембургскому союзу присоединились Виттельсбахи, контролировавшие тогда Баварию и Бранденбург. В 1362 году готовилось вторжение армии союзников в Чехию, но оно не состоялось по неизвестной причине. Папа римский прислал своего нунция для урегулирования конфликта, и примирение сторон состоялось: Габсбурги получили выморочные Каринтию и Тироль, Карл Четвёртый - новую жену, связанную родством и с Пястами, и с Анжуйцами.

Елизавета Слупская (или Поморская) была по матери внучкой Казимира Третьего - причём её дед не имел сыновей. Она, таким образом, правнучка Владислава Локетка, а Лайош Великий - внук; таким образом, венгерский король становился в некотором роде дядей императора. Венчание состоялось в мае 1363 года, скорее всего, в Кракове. При нём присутствовали брат императора, маркграф Моравский, дядя предыдущей жены императора Болко Свидницкий (ещё один внук Владислава Локетка), юный Казимир Слупский - любимый внук Казимира Третьего и его возможный преемник в королевстве Польском.

В декабре все эти особы собрались в Кракове ещё раз, чтобы подписать окончательный вариант договора. Теперь к ним добавились Вальдемар Датский, заключивший там соглашение с поморским князем, и ряд силезских пястов: опольский, тешинский, легницкий. Возможно, тогда и приняли решение о новом съезде - чтобы скрепить родственные узы.

Во время этого-то нового съезде и пошли высокие гости пировать у Николая Вержинека. Датского короля там наверняка не было: он уже воевал с Ганзой, и дела его, как хорошо видно нам из будущего, были плохи. Зато приехали двое братьев-Виттельсбахов, сыновей предыдущего императора: Отто Пятый, герцог Баварский, и Людвиг Римлянин, маркграф Бранденбургский. Последний отказался от своей доли в материнском наследстве - графствах Голландия, Зеландия и Геннегау, - чтобы единолично править Бранденбургом и Лаузицем и ждать, когда умрёт его тесть, Казимир Третий. Женой Людвига была старшая из дочерей Казимира, так что у Виттельсбаха было преимущество и перед поморским князем, и перед венгерским королём, приходившимся Казимиру только племянником. Личная уния с Бранденбургом стала для Польши прекрасной возможностью решить проблемы и в Прибалтике, и в Силезии, но использовать её не удалось: польская принцесса умерла 23 лет от роду, не оставив детей. А Виттельсбахи ещё десятью годами позже передали Бранденбург Карлу Четвёртому, в результате чего положение Польши только ухудшилось.

Трое братьев-Габсбургов тоже были там: Рудольф, Альбрехт и Леопольд. Старший из них, первый эрцгерцог и зять императора, умер всего двумя годами позже, а его братья основали две линии Габсбургского дома - Альбертинскую и Леопольдинскую. Альбрехт, кстати, чуть позже тоже стал императорским зятем - и тоже без особых успехов.

В конце списка нужно назвать Земовита Третьего Мазовецкого. Этот князь смог так удачно лавировать между Люксембургами и Пястами, что объединил под своей властью всю Мазовию. Его сын Земовит Четвёртый стал позже ещё одним претендентом на польскую корону, но удачливее оказался один литовский князь...

Таким образом, в Кракове собралась вся политическая элита Центральной Европы. 19-го или 20-го сентября 1364 года король Польский с племянником (королём Венгерским), внучатым племянником (князем Опольским), зятем и внуком (князьями Поморскими) и мазовецким кузеном встретил на подъезде к городу мужа своей внучки (императора), которого сопровождали австрийцы, баварцы, силезцы; также он встретил короля Кипрского, которого следует упомянуть особо. Встреча была очень сердечной. В Кракове высоких гостей приветствовали духовентво, представители гильдий и прочая публика. Императора и королей разместили в Вавельском замке, остальных гостей - в городе, в монастырях и в домах зажиточных мещан.

Краков только за год до того пережил большой пожар, после которого было запрещено деревянное строительство, но он бы в любом случае выглядел скромнее, чем Прага. Заседания "конгресса", вероятно, проходили прямо на центральной площади, на виду у зрителей. В первый же день выступил Пьер Кипрский, рассказав о плачевном состоянии дел христианства на востоке и попросив помощи. Император заверил его, что помощь будет оказана и что в ближайшее время проблему обсудит собрание курфюрстов; присутствующие выразили своё одобрение.

На второй день был утверждён мир между королём Венгерским и Люксембургами. Лайошу Великому пришлось подписать ещё один документ: поскольку Казимир Третий собирался во второй раз жениться, Лайош как наследник польской короны должен был подтвердить, что сыновья Казимира, буде таковые родятся, будут иметь преимущественные права. Лайош так и сделал (а сыновья у Казимира так и не появились).

Источники единодушны, когда сообщают нам о том, что было самым главным в повестке дня: конечно, развлечения. Во-первых, был проведён турнир, победителем которого оказался король Кипрский (не учтивость ли устроителей мероприятия тому виной?). А во-вторых, участники "конгресса" каждый день пировали. Этими делами по распоряжению короля Казимира заведовал городской советник Николай Вержинек, немец из рейнских земель. "Он показывал во время праздников по отношению к королям, князьям, хозяевам и посетителям такое благородство и такую щедрость, что не только давал им много еды и оплачивал их расходы, но и давал им без ограничений всё, что кто-либо из них просил".

Апофеозом празднеств стал пир в доме Вержинека, куда он пригласил "пять королей и всех князей". Гости получили не только прекрасное угощение, но и богатые подарки; самый ценный подарок получил Казимир - 100 тысяч флоринов. Огромная сумма...

Abramowicz_Uczta_u_Wierzynka_1876

Что ещё сказать? Именно потомки от этого брака Карла Четвёртого правили Польшей до середины 17-го века, хотя видимое соперничество было между Поморцем и Анжуйцем; наследниками Чехии и Венгрии оказались Габсбурги, хотя и этого тоже никто не ожидал. Король Кипрский получил достаточно помощи, чтобы в следующем году разграбить Александрию и успеть уплыть вместо с добычей до подхода мамлюкской армии. Ещё через четыре года короля убили прямо в постели его любовницы, -

Assassinat_Pierre_de_Lusignan,_roi_de_Chypre

- после чего безутешные вдова и сын втянули королевство в разгромную войну с Генуей, очень приблизившую гибель католического дела на Востоке. Стоило ли начинать?